Гуситство занимает в чешской истории более чем одно столетие. Эту эпоху можно обозначить рамками 1371-1485 гг. Скорее всего, в 1371 г. родился Ян Гус (точный год рождения не известен), который стал во главе университетских мастеров, пытавшихся радикально реформировать находящуюся в глубоком кризисе церковь. За что 6 июля 1415 г. он был сожжен в Констанц как еретик. Вершиной гуситской эпохи считается 1485 г., когда на сейме в Кутной Горе был объявлен так называемый Кутногорский религиозный мир, который и завершил чешскую реформацию.

Гуситская революция является очевидным феноменом не только чешской, но и европейской истории позднего средневековья. Современная историография называет гуситскую революцию “революцией до революций”. По сути, это была первая крупная революция в истории, во время которой в 1419 году произошла первая пражская дефенестрация. 30 июля этого же года вооруженная толпа под руководством Яна Жижки и Яна Желивского, проповедника из костела Девы Марии Снежной, остановилась у ратуши в пражском Новом Месте и добивалась выдачи гуситов, находящихся в заключении. Когда их решительное требование было отвергнуто, гуситские повстанцы поднялись на ратушу и выбросили из окна членов городского совета во главе с бургомистром. Это стало сигналом для начала революции, сравнимым с падением Бастилии, ставшим началом Великой французской революции. У революции без программы нет большой надежды на успех. Поэтому чуть меньше чем через год после пражской дефенестрации гуситы декларировали свою программу, которая состояла из т. наз. четырех пражских статей. Первая статья касалась принятия крови Христа в виде вина мирянами, во второй статье требовалась свобода проповеди “слова божьего”, третья статья запрещала церкви иметь светскую власть и четвертая требовала наказания за общественные и “смертные грехи”. Эта программа красной нитью проходит через всю гуситскую эпоху. О гуситской программе речь шла и на совете в Базеле (1433), результатом этих переговоров стало принятие «Йиглавских компактатов» (1436), соглашений, в которых гуситская программа закрепилась в форме приемлемого для обеих сторон компромисса.

Можно сказать, что революционные процессы завершились в 1434 г. судьбоносной битвой у Липан, когда были разгромлены самые революционные части гуситства (радикальные гуситы, а именно табориты и «сироты») коалиционным войском, в состав которого входили католики и умеренные гуситы. Хоть битвой у Липан и заканчивается гуситская революция, но это не означает завершение гуситской эпохи, как многие до настоящего времени полагают. Ее продолжает правительство гуситского короля Йиржи из Подебрад (1458-147), кульминацией является уже упомянутый Кутногорский религиозный мир.

Чешской реформацией мы называем длительный процесс реформирования средневековой церкви. Данный процесс начала группа мастеров пражского университета во главе с Яном Гусом, который основывался на учении английского реформатора Джона Виклифа. Чешская реформация после долгих перипетий достигла своей кульминации именно с объявлением Кутногорского религиозного мира. Это документ, где надежно закреплены достижения гуситской революции, которые были искуплены кровью гуситских Божьих воинов. Принятие Кутногорского религиозного мира было почином поистине эпохальным и вневременным. На следующий тридцать один год он подтвердил соглашения с базельским советом (компактаты) и, прежде всего, гарантировал свободу вероисповедания, или, если говорить иначе, свободу совести. Каждый мог самостоятельно выбрать католическую или гуситскую веру, и никто не мог этому воспрепятствовать. Свободу вероисповедания чешская реформация принесла и в новую эпоху, и поэтому наподобие гуситской революции она называется «реформацией до реформации», второй причиной для этого обозначения является то, что чешская реформация была начата столетие до европейской реформации с ее двумя самыми известными представителями Мартином Лютером и Жаном Кальвином. Чешскую реформацию, продуктом которой стало возникновение Братского единства, первой церкви реформационного типа, можно считать важным вкладом чешского народа в европейское духовное наследие, что дает ему право смело стать в один ряд с такими народами как англичане или французы.